Топ-100 Нажмите "Enter", чтобы перейти к контенту

“Чуєш, їй там пообіцяли аналіз на коронавірус, вони там що, цікаві якісь?” – история одной пациентки.

Я долго противилась желанию написать о ТОМ, от чего и так всех тошнит, но потом подумала, что мой взгляд – это все же взгляд изнутри, и для кого-то он может стать не просто любопытным, а даже жизненно важным. Дальше, конечно, много букв.

Итак, я давно перестала удивляться своему необычайному “везению”, и даже в этот раз – когда попала в больницу с диагнозом острая пневмония, я с лёгкой ухмылкой внутри себя проговорила “ну ты и лошара, Лина”.

Все началось со странной задышки во время бега, которая вместо настороженности вызвала у меня лишь разочарование в своей отвратной физической форме. Но когда через пару дней профилактический замер температуры показал 38.4, я подумала, что дело возможно, не просто в том, что я дрыщ и слабак, а что где-то зарыта ещё одна собака. А собака была зарыта прямо в моих лёгких – о чем она через пару дней заявила, заставив меня корчится от адской боли в грудной клетке и попутно вызывать скорую помощь в 2 часа ночи. Симптомы, как ни странно, оказались достаточно вескими для чудесного снисхождения и прибытия этой помощи в мой дом. 

Две абсолютно милых, вежливых женщины (без сарказма, кстати) в САМОДЕЛЬНЫХ масках и самых обычных медицинских костюмах с коротким рукавом, без единого намека на защиту, от слова ВООБЩЕ, послушали мои лёгкие, и не услышав там ничего интересного, “на всякий случай” посоветовали обратиться к семейному врачу. 

Утром, под некислой дозой обезболивающего и жаропонижающего я пришла в амбулаторию и без лишних слов начала требовать направление на рентгенографию. Врач долго держала оборону, но мой истерический крик все же убедил ее черкнуть пару букв на крохотной бумажке и заверить все это красивой круглой печатью в правом нижнем углу.

Итак, уже через час я гордо вручаю бумажку женщине преклонного возраста в рентген кабинете, которой пришлось отвлечься от разгадывания кроссвордов, чтобы пропустить парочку рентгеновских лучей через мою грудь. Через 10 минут, с плотно натянутой под округленные от ужаса глаза маской (которая до этого отсутствовала на ее лице), эта отважная женщина вручает мне пленку со словами: “У вас все плохо”. “Мммм, класс, отличные новости, спасибо!” – говорю я ей, и мчусь к семейному врачу, чтобы успеть приятно удивить и ее.

Действительно, семейный врач заметно удивилась и, мягко говоря, заволновалась. Далее, после получасовых обзвонов доброго десятка номеров, ей удалось вызвать чудо-бригаду с чудо-экспресс-тестами на ТО САМОЕ. Чудо-бригада приехала защищённой и обмундированой с ног до головы – самодельные маски, с большой вероятностью пошитые из детских пелёнок, пара латексных перчаток красивого фиолетового цвета и…и все. И ВСЕ, СУКА! 

“Давайте пальчик, зара візьмем кров”. Тадададам – капелька крови, капелька буфера и заветная одна полоска, так мила и желанна, предстала перед моими глазами и глазами всего коллектива амбулатории. “Слава Богу, це не коронавірус” – расслабив все плотно сжатые места, блаженно выдохнув, заявляет врач. “Ээээ, а гадаєте, титр антитіл в крові вже достатньо високий, щоб ми могли бути впевненими, що результат не хибно-негативний?” – с задротским видом квалифицированного биолога спрашиваю я. “По протоколу, якщо експрес тест негативний, ми направляємо вас на стаціонар в терапевтичне відділення.” – не оценив мое задротсво, отвечает врач. “А чи матиму я змогу зробити ПЛР-аналіз на стаціонарі, щоб на 100% впевнитись, що це не ТЕ САМЕ?” – не отступаю я. “Так, вам там все зроблять” – что следовало трактовать как “Ніт”.

В приемном отделении районной больницы меня встретила ещё одна бесстрашная женщина, уповающая исключительно на защиту своего мощного, примерно 65-70-летнего иммунитета, так как ни маски, ни перчаток в ее арсенале не оказалось. Стойкость и неприклонность веры в свой иммунитет она подтвердила, зачем-то потрогав нос рукой, в которой только что держала ручку, которой только что я вносила данные в бумажки. “Дай ей Один здоровья.” – подумала я и направилась в терапевтическое отделение. 

В терапевтическом отделении изрядно удивились, услышав о каком-то таинственном ПЦР-анализе, который они якобы должны мне обеспечить. “Чуєш, їй там пообіцяли аналіз на коронавірус, вони там що, цікаві якісь?” – два врача обменялись циничными взглядами, не лишенными, правда, смеси страха и растерянности.

Итак, вот уже четвертый день я нахожусь в своей роскошной палате, упорно хранящей дух и облик дохлого совка. Роскошная палата стала для меня полем боя, на котором в перерывах между капельницами, уколами и навязчивыми мыслями о скорой кончине, я веду борьбу с тупостью и абсурдом за свое чёртово право заполучить ПЦР-анализ. 

Среди задействованных методов ведения войны применялась бомбардировка звонками горячих линий МОЗ, ЦГЗ, урядової гарячої лінії, гарячих ліній з питань коронавірусу; психологическое оружие, направленное непосредственно на лечащего врача; так же было задействовано особое секретное оружие “знакомств” и отчаянное желание заплатить частной лабе 5000 грн за тест (я передумала). Но твердое и неприклонное: “З МОЗ не було наказу тестувати всіх хворих на пневмонію.” пока не оставляет мне никаких шансов. А прозвучавшее из уст лечащего врача: “Наше колективне рішення – ми не маємо достатньо підстав, щоб запідозрити у вас коронавірусну пневмонію і відповідно, направити на ПЛР діагностику.” – садистски добило последние проблески надежды. 

При пандемии, в которой инфекция вызывает пневмонию, влекущую за собой дыхательную недостаточность с риском смерти – качественно тестировать больных с ЛЮБОЙ пневмонией…НУ БЛЯТЬ, НЕ ЛОГИЧНО ЖЕ! Потому что опытный, проницательный взгляд терапевта и телепатические способности инфекциониста, которого я никогда не видела, похлеще вашей сраной полимеразной цепной реакции со 110% гарантией смогут исключить вирусную природу воспаления легких. А тем временем я, разгуливая по коридорам отделения, потенциально кашляя вирусными РНК, подвергаю риску весь обмундированый самодельными масками мед персонал и пожилых людей, которых тут много. 

И чтобы я с радостью сделала – так это крепко обняла и поцеловала главного санитарного врача Виктора Ляшко, вещающего о возможности проводить мифических 80 тысячах тестов в неделю, которые готовы взять на себя АЖ 37 государственных лабораторий. Это 432 образца в день в одной лаборатории. Что даже при наличии нескольких ПЦР-амплификаторов (что мало вероятно в государственных лабах) – трудно осуществимо. И самое интересное, что оказывается, в этих лабораториях существует “недобор образцов”. Серьезно? НУ ТАК ВОЗЬМИТЕ МОЙ! Могу даже дать два!!!

В общем, всем, кто дочитал этот выстраданный текст – большое спасибо. Тем, кто распространил – тоже спасибо. Состояние у меня стабильное, но не приятное. Не приятно так же целыми днями биться головой об стену тупости и абсурда, вместо того, чтобы спокойно лечиться и отдыхать.

Что бы быть в курсе последних новостей подписывайтесь на наш Telegram-канал.

Будем благодарны за репост!

Комментарии отключены.

Mission News Theme от Compete Themes.